экономика Дальнего Востока

Поиск
Журнал "Развитие региона"

«160 вагонов угля сжигаем за сутки в пики морозов, а за год — два миллиона тонн», — говорит заместитель начальника котельного цеха Благовещенской ТЭЦ Юрий Арзамасов. Станция, которая обеспечивает около 85 процентов города теплом и вырабатывает седьмую часть всей потребляемой электроэнергии в Приамурье, за свою историю уже выработала 42 миллиарда киловатт-часов электроэнергии и более 67 миллионов гигакалорий тепла. Зачем нужно обессоливать воду, где жарче всего и как выглядит изнутри градирня — в этом материале.

Первый в цепочке производства тепла и света — цех топливоподачи. Здесь сначала разогревают, а потом разгружают вагоны с углем. В прошлом году на ТЭЦ смонтировали новый вагоноопрокидыватель. 210‑тонное устройство заменило устаревшее 1986 года выпуска. Гигантская машина имеет прогрессивную зубчатую систему привода вместо цепной и легко переворачивает на 180 градусов 66 тонн угля из вагона. Черные куски проходят через решетку, дробильную машину, а оттуда по транспортерам доставляются к котлам или на угольный склад.

Угольное поле простирается на 6,95 га — это примерно девять футбольных полей. Ежедневно по железной дороге топливо прибывает с Ерковецкого разреза и из Сибири.

В сутки доставляется от 60 до 120 вагонов угля, но есть и на Благовещенской ТЭЦ и нормативный запас.

Машинист топливоподачи Анатолий Жданов следит за потоком угля на ленте, равномерной нагрузкой приемного бункера. Пыль и грохот здесь нешуточные, поэтому персонал работает в респираторах, берушах или наушниках. Уголь идет по 12 конвейерам, некоторые проходят под землей. Самая протяженная лента — 302 метра. Все конвейеры между собой взаимосвязаны, работники могут не выходя на улицу пройти от котельного цеха до железной дороги за территорией ТЭЦ. Самая глубокая галерея уходит на восемь метров под землю.

Машинист центрального теплового щита управления второй очереди станции Иван Пономаренко готовит котел к растопке.

«Я не могу увидеть, что происходит на узле или оборудовании, — только по параметрам, поэтому обходчик 5‑го разряда — «мои глаза и руки» в котельном цехе. Некоторые задвижки открываются вручную, либо нужно удостовериться, все ли в порядке. Связь держим по телефону».

В котельном цехе уголь измельчается и попадает в топку, где температура достигает 1 100 градусов. Вода в котле нагревается, образуя пар. Машинист-обходчик цеха Сергей Ефременко признается: жарче всего на крыше рабочего котла — зимой около +45, а летом бывает и +60 градусов.

Турбинный цех — сердце станции и связующее звено работы всей ТЭЦ. Оборудование в огромном помещении вырабатывает тепло- и электроэнергию. Из котельного цеха сюда поступает перегретый пар, он приводит в движение мощные турбины, а также ротор генератора, который и вырабатывает электричество. Затем пар нагревает воду для центрального отопления, превращается в конденсат, чтобы потом вернуться в котел в виде воды. Всего на ТЭЦ пять котлоагрегатов, четыре турбины и два водогрейных пиковых котла, которые используют только в самые сильные морозы.

На тепловом щите управления оперативный персонал находится круглосуточно. Специалисты контролируют заданный режим работы оборудования и обеспечивают безаварийную работу станции.

Для поколения энергетиков теплоэлектроцентраль стала делом жизни.

«Когда я пришел сюда 40 лет назад, турбины и энергетического котла еще не было: первыми же в 1976 году были пущены в эксплуатацию водогрейные котлы. Нас отправили на учебу на Усть-Илимскую ТЭЦ, через полгода мы вернулись — турбина и котел уже заработали, поэтому моя первая должность была — машинист управления», — вспоминает Анатолий Анатольевич Макаренко, который, достигнув пенсионного возраста, вернулся в кресло машиниста щита управления турбинного цеха.

Сейчас энергетик уверенно управляет и контролирует режим работы третьей турбины:

«Все на автомате уже.  Это молодежь боится ответственности, а нам было легче: оборудование постепенно монтировалось и обновлялось». 

Лаборант химанализа Екатерина Цаплина проверяет воду из котла. В химической лаборатории ТЭЦ также проводят исследования пара, топлива, масла, газа, сточных вод и вредных производственных факторов. Появилось и новое оборудование, которое позволяет делать анализ растворенных газов в трансформаторном масле — раньше его заказывали в ДРСК. Лаборанты одними из первых могут получить сигнал о состоянии оборудования, которое может привести к аварии.

В химическом цехе огромные баки и установки соседствуют с фонтаном и зелеными растениями. Уютную атмосферу создают представительницы прекрасного пола, которых здесь большинство. В цехе очищают воду для нужд ТЭЦ, чтобы избежать накипи и коррозии оборудования. Без химиков невозможна работа котельного и турбинного цехов.

«Вода из реки Зеи проходит осветлители, механическую очистку, материал насыщаем кислотой, щелочью. Делаем обессоленную воду для котлов, очищаем конденсат из турбинного цеха от железа», — описывает процесс миниатюрная начальник смены Елена Иштокина.

Хрупкие сотрудницы легко управляются с обессоливающими установками, конденсатоочисткой и другим мощным оборудованием.

Дымовые газы от котлоагрегатов отводятся в две трубы, которые возвышаются над Благовещенском на 210 и 120 метров. В прошлом году на них установили автоматическую систему мониторинга и контроля газовых потоков. Датчики позволят непрерывно фиксировать вид и количество веществ в уходящих газах. Это повысит экологичность производства и снизит воздействие на окружающую среду.

Огромные башни-вулканы, из которых идет пар, — это градирни, охладительные сооружения. Именно с ними у многих благовещенцев ассоциируется теплоэлектроцентраль. Башни  нужны для охлаждения больших объемов технической воды. Подобно радиатору в автомобиле, в них остывает вода, отводящая избыточное тепло от конденсатора пара, агрегатов и трущихся деталей турбин.

Градирня № 4 отличается от трех своих «сестер» формой, также она выше их почти на 20 метров. Башня устремляется вверх на  76 метров. Ее построили в 2016 году для ввода второй очереди станции. Испарения,  выходящие  из сооружений,  — не от той воды, которая идет в квартиры.

«Многие задают вопрос: «Для чего вы охлаждаете воду, хотя должны греть?» Это разные потоки. Сетевую воду, которая используется для систем отопления и горячего водоснабжения, мы греем, а эта вода для технологических нужд — охлаждения разных устройств на ТЭЦ, — объясняет заместитель начальника турбинного цеха Андрей Грибанов. — Поэтому все четыре градирни задействуют летом, когда жарко на улице, а зимой хватает трех». 

А как выглядят градирни изнутри? Нижний «этаж» сооружений представляет из себя чашу бассейна, а выше — система оросителей: вода разбрызгивается и падает дождем вниз, охлаждаясь. Внизу на градирнях открываются «жалюзи», через них поток воздуха задувает в башню и из‑за суженной конструкции с силой поднимается вверх. Вода из градирни выходит с температурой 20 градусов.

(По материалам газеты «Амурская правда»)