экономика Дальнего Востока

Поиск
Журнал "Развитие региона"

Около половины всего угля, сжигаемого на планете, сгорает в Китае. И, несмотря на то, что КНР сама является главным мировым добытчиком угля, ей также приходится быть его главным импортёром. Россия входит в тройку главных угольных экспортёров в Поднебесную после Австралии и Монголии. Дополнительные возможности для увеличения поставок на китайский рынок перед российской угольной промышленностью раскрывает текущая международная обстановка.

Между тем, в Китае обеспокоены вопросами экологии, отмечает политический обозреватель Пётр Коновалов в своём специальном обзоре для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение»

Промышленность КНР обслуживает не только свою страну, но и все те страны, которые сначала ради дешёвой рабочей силы, а потом и ради сохранения своей экологии, перенесли свои производства на китайскую территорию. В результате, пока эти страны гордятся относительно чистыми водой и воздухом, в некоторых регионах Китая создалась такая концентрация продуктов сгорания углеводородов, которая действительно опасна для здоровья населения. Несколько лет назад КНР начала большую реформу энергетики, подразумевавшую значительное сокращение добычи угля на своей территории, массовый переход с угля на природный газ, строительство большого количества атомных электростанций вместо угольных теплоэлектростанций, которые планировалось закрыть.

В 2017 году были закрыты все угольные теплоэлектростанции и котельные в Пекине и близлежащей провинции Хэбэй. Работу прекратили десятки тысяч объектов. Однако это лишь небольшая часть китайской энергетической системы.

Зима 2017-2018 годов оказалась в некоторых районах страны необычайно холодной, что увеличило нагрузку на теплоэлектростанции и подстегнуло китайское потребление угля. На протяжении большей части 2018 года импорт энергетического угля в КНР увеличивался: возможно, это было связано с сокращением его добычи в самом Китае. В результате по итогам 2018 года КНР увеличила импорт всех видов угля примерно на 0,7 % по сравнению с 2017 (с 279 до 281 миллиона тонн) и при этом осталась его крупнейшим добытчиком, – около половины угля, добытого в мире в 2018 году, пришлось на Китай.

В 2019 году Китай, несмотря на официальные заявления о необходимости снизить импорт угля, снова его увеличил, закупив почти 300 миллионов тонн этого ископаемого, и при этом увеличил его добычу на 4 % по сравнению с 2018.

В 2020 году из-за охватившей планету пандемии COVID-19 по всему миру снизились объёмы производства. В некоторых промышленных странах снизилось и потребление угля. Однако Китай в 2020 всё равно добыл угля на 1,2 % больше, чем в 2019 году, и импортировал 304 миллиона тонн, что почти на 9 % (на 13 миллионов тонн) больше, чем в 2018. По-видимому, КНР требовался запас топлива для вывода своей экономики из коронавирусного кризиса.

Так или иначе, китайская программа по уменьшению добычи и использования угля пока что не даёт заметных результатов. Гигантская экономика КНР слишком сильно зависит от этого вида топлива, и снижение его потребления займёт у Поднебесной длительное время. А пока что как собственная добыча угля, так и угольный импорт КНР демонстрируют стабильный рост.

Это само по себе создаёт неплохие перспективы для России, которая уже давно поставляет уголь в Китай, а к началу 2019 года вышла на третье место среди его главных угольных экспортеров после Австралии и Монголии. Дополнительные возможности для увеличения поставок на китайский рынок перед российской угольной промышленностью раскрывает текущая международная обстановка.

Долгие годы основным экспортёром угля в Китай была Австралия. Однако в 2018 году между двумя государствами начался разлад: Австралия, будучи частью англосаксонского мира и тревожась из-за роста китайского влияния в Южно-Тихоокеанском регионе, поддержала Вашингтон в «торговой войне» с КНР. Так, она включилась в инициированную США борьбу с китайскими технологическими гигантами – телекоммуникационными компаниями Huawei и ZTE, продававшими своё оборудование по всему миру и начавшими теснить таких конкурентов, как, например, американская Apple. Под предлогом того, что китайские компании крадут данные пользователей в интересах китайской разведки, их деятельность была запрещена в США. Австралия также запретила использование оборудования Huawei и ZTE на своей территории. Кроме того, в конце 2018 году Австралия и США объявили, что собираются совместно модернизировать бывшую австралийскую военно-морскую базу Ломбрум на территории Папуа-Новой Гвинеи, – как раз там, где подобную базу планировала разместить КНР. На этой базе, возможно, будут размещаться как австралийские, так и американские ВМС. Это также противоречит южно-тихоокеанским интересам Китая.

В результате в феврале 2019 года Китай ограничил импорт австралийского угля, увеличив сроки таможенного оформления товара. В китайских портах на долгое время застряли десятки судов, гружёные сотнями тысяч тонн австралийского угля, принося владельцам кораблей и груза огромные убытки. При этом такие поставщики угля в КНР, как Индонезия, Монголия и Россия со сложностями не столкнулись. В 2019 году экспорт угля в Китай из России увеличился на 19 %, вероятно, в связи с китайско-австралийскими разногласиями. Тем не менее, несмотря на препятствия в виде увеличенного срока прохождения таможни и квот, введённых Пекином, Австралия в 2019 году продала в Китай угля более чем на 10 миллиардов долларов.

Мало кто считал, что Китай может всерьёз сократить импорт стратегически важного для себя продукта из Австралии. Во-первых, австралийский уголь обладает высоким качеством – даёт много энергии при меньшем выделении загрязняющих веществ. Во-вторых, доставлять уголь из Австралии в Китай проще, чем из многих других регионов (поэтому, например, Россия до 2019 году занимала третье место среди китайских экспортёров, несмотря на то, что её уголь по качеству не уступает австралийскому).

Однако китайско-австралийские отношения продолжили ухудшаться. В конце 2020 года, после серии скандалов, руководство КНР ввело негласный запрет китайским компаниям импортировать уголь из Австралии. Недостаток топлива планировалось заместить за счёт повышения собственной добычи, а также поставок из Индонезии, Монголии и России, которая в 2020 году продала в Китай угля на 6 % больше, чем в 2018.

За январь-июль 2021 года поставки угля из Австралии в Китай сократились более чем на 98 %. Пекин планировал серьёзно наказать Канберру: ведь экспорт угля – это одна из основ австралийской экономики. Действительно, австралийские компании понесли огромные убытки. Но и в Китае к осени 2021 года начался энергетический кризис: наблюдались спад промышленного производства и отключения электроэнергии в жилых районах. Сейчас КНР использует запасы угля из резервных хранилищ и работает с новыми поставщиками, в том числе из Африки и Латинской Америки.

Что касается России, то она в 2021 году значительно нарастила поставки угля в Китай, повысив их в I квартале на 8,4 %. Теоретически Россия могла бы заменить на китайском рынке Австралию, так как располагает огромными месторождениями высококачественного угля в Якутии, относительно недалеко от КНР. Однако пока что поставки ограничивают возможности российско-китайского железнодорожного сообщения. Исторически сложилось, что две огромные страны связаны небольшим количеством железных дорог с не самой большой пропускной способностью, которые являются ветвями Транссибирской железнодорожной магистрали. Свою роль в таком довольно скудном сообщении сыграли напряжённые отношения, имевшиеся между СССР и КНР во второй половине ХХ века.

Из-за малой пропускной способности российско-китайских железных дорог значительную часть недостающего угля в 2019-2021 годах Китаю пришлось восполнять не высококачественным российским товаром, а индонезийским, имеющим гораздо более низкое качество. Кроме того, КНР пришлось искать поставщиков в Африке и Латинской Америке. Все потому, что по морю в Китай можно доставлять гораздо большие объёмы грузов, чем по суше из России.

Сейчас Россия готовится к крупномасштабной модернизации своей транспортной системы в Сибири. В частности, в декабре 2020 года президент Владимир Путин сообщил о выделении около 800 миллионов долларов на модернизацию железнодорожной магистрали. Разумеется, если КНР также вложится в своё железнодорожное сообщение с Россией, работа пойдёт быстрее. Пока что, несмотря на трудности, Пекин не спешит снимать запрет на поставки австралийского угля. Похоже, для него пришло время крутого логистического поворота в сторону России.

(По материалам интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение»)