Водородный хаб, который должен возникнуть на Сахалине в результате сотрудничества региона с крупными предприятиями, прежде всего «Росатомом», «Газпромом», ОАО РЖД, «Трансмашхолдингом» и автопроизводителями, будет, как планируется, выпускать около 30 тыс. тонн водорода к 2024 году и примерно 100 тыс. тонн — к 2030 году. Основная продукция будет поставляться на экспорт в страны Азиатско-Тихоокеанского региона — пока предполагается, что в виде аммиака. Но часть будет использоваться местными потребителями: железнодорожным, автомобильным и, возможно, морским водородным транспортом, а также ЖКХ.

Первый пилотный

После того как в октябре 2020 года правительство утвердило план развития водородной энергетики до 2024 года, прозвучало много громких заявлений, касающихся будущего производства и экспорта топлива. В начале сентября на International Hydrogen Conference глава Российского энергетического агентства Алексей Кулапин пообещал к 2035 году российский экспорт водорода на уровне 2–12 млн тонн с увеличением до 15–50 млн тонн к 2050 году. Правительство, в свою очередь, устами первого вице-премьера Андрея Белоусова пообещало в перспективе выработать стимулы, в том числе налоговые, для внедрения «зеленых» технологий, в том числе для выработки и применения водорода.

Опробовать «водородную экономику» не в виде единичных предприятий или образцов продукции, а в виде взаимосвязанного кластера решили на Сахалине. Концепция подобного кластера на Дальнем Востоке возникла еще в 2017 году, а вот деталями проект стал обрастать лишь недавно. Как пояснял в апреле текущего года глава Минвостокразвития Алексей Чекунков, у Сахалина масса конкурентных преимуществ, в том числе «географическая близость к потенциальным крупным потребителям водорода, научный задел, комплексные меры государственной поддержки инвестиционных проектов».

«Кластер объединит все основные элементы технологической цепочки и цепочки кооперации, свойственные для водородного кластера,— говорил в начале сентября вице-президент «Русатом Оверсиз» по маркетингу и развитию бизнеса Антон Москвин.— Иногда их называют водородными долинами в разных странах. Фактически это модель изолированной водородной экономики, где разные участники рынка из разных отраслей взаимодействуют друг с другом».

Губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко рассказывал на ВЭФ-2021, что предТЭО проекта, соглашение о разработке которого было подписано в начале года, уже выполнено, в ближайшее время будет заключаться договор на ТЭО.

«Дальше нужно делать следующее: нужно делать терминал, чтобы отгружать, например, аммиак, если мы, допустим, идем в эту сторону,— рассказывает он.— Это вложения денежных средств, это выбор места отгрузки. Далее нам нужно заниматься отводом земельных участков, где будет размещаться этот водородный кластер. Нужно сделать инженерное обустройство. Нужно с «Газпромом» подписать соглашение о газе (оно уже подписано). И нужно понять принципиально, где будет техприсоединение. Мы должны позаботиться о том, кто будет работать, и отсюда возникает вопрос о водородных специалистах».

«Зеленый» груз

Центральным предприятием кластера станет экспортно ориентированный завод по производству водорода путем паровой конверсии метана.

«Мы планируем построить крупнотоннажное производство водорода в рамках соглашения с компанией Air Liquide, планируется сооружение крупного предприятия с производством на первой фазе порядка 30 тыс. тонн водорода и последующим увеличением до 100 тыс. тонн к 2030 году,— говорит Антон Москвин.— Мы планируем выйти на производство уже к 2024 году, первые объемы планируем поставлять на экспорт уже в 2025 году. Ведем консультации с японскими и корейскими заказчиками. Первое соглашение с Японией у нас было подписано в 2019 году, за это время мы проработали фактически предТЭО организации цепочки поставок водорода из России в Японию. Это довольно сложная задача — сейчас практически нет технологий, которые позволяют транспортировать водород в таких объемах, и поэтому мы задумываемся о поставке в форме аммиака. Но тем не менее технологии развиваются, пилотные проекты уже есть, в том числе по специализированному кораблю для перевозки сжиженного водорода — компания Kawasaki этим занимается. Мы эти примеры уже видим и учитываем».

«Мы для себя приняли принципиальное решение, что из нашего сахалинского баланса мы выделяем 200 млн кубометров газа, чтобы произвести в 2024 году 30 тыс. тонн водорода»,— рассказывает Валерий Лимаренко.

По его словам, технология производства водорода похожа на технологию производства СПГ (у проекта «Сахалин-2» с 2009 года в Корсакове действует завод по его выпуску), потому что используются близкие технологические приемы. Как пояснил Антон Москвин, партнеры планируют выйти на завершение ТЭО к концу текущего года.

Для энергообеспечения проекта планируется создание на острове ветрогенерирующих мощностей. Соглашение об этом было подписано «Новавиндом», входящим в «Росатом», и Сахалинской областью на ВЭФ. По соглашению запланировано строительство ветропарков общей установленной мощностью до 200 МВт с вводом в эксплуатацию в 2024 году, пояснял «Новавинд». В текущем году, рассказывал Валерий Лимаренко, запланирована установка измерительной системы.

«Уже есть три места, где будем измерять ветер»,— добавил он.

При этом проект «Новавинда» не единственный ветропарк, который планируется построить на Сахалине. В Углегорском районе острова Восточная горнорудная компания (ВГК, основная угледобывающая компания региона) собирается уже в 2024 году запустить ветропарк на 16 турбин общей мощностью 67,2 МВт. Компания уже приступила к ветроизмерениям, установив на одной из двух потенциальных площадок строительства ветроизмерительный комплекс. Инвестиции в проект оцениваются в 8,5 млрд руб., источником станут как собственные средства ВГК, так и субсидии федерального и регионального бюджетов. Однако прямого отношения к водородному кластеру этот проект не имеет: он направлен на обеспечение основных производственных мощностей ВГК.

«Энергия возобновляемых источников будет питать строящийся транспортный угольный конвейер и переводимый на электротягу парк самосвалов,— отметил гендиректор ВГК Максим Куземченко.— В комплексе эти проекты сформируют анонсированный ранее «Зеленый угольный кластер»».

По предварительным расчетам компании, реализация проекта позволит снизить углеродный след на 64 тыс. тонн условного углеродного топлива и сократить выбросы в атмосферу CO2 на 125 тыс. тонн ежегодно.

Рельсы и асфальт

Вторая составляющая этого проекта — это транспортная инфраструктура на водороде. В первую очередь речь идет об организации пассажирского железнодорожного сообщения с применением локомотивов на водородных топливных элементах.

«Примеров таких проектов в мире достаточно много: в Германии такой проект уже прошел тестовую фазу и сейчас реализуется в коммерческой фазе»,— сказал Валерий Лимаренко.

Водородными локомотивами «Росатом», ОАО РЖД и «Трансмашхолдинг» (ТМХ) занимаются с 2019 года — тогда уже было решено тестировать их на Сахалине. А в начале сентября текущего года правительство Сахалинской области, ОАО РЖД, «Росатом» и ТМХ подписали протокол о признании проекта организации железнодорожного сообщения с применением поездов на водородных топливных ячейках «целесообразным и технически осуществимым». Предполагается проектирование и строительство семи водородных поездов, ТМХ их должен построить к открытию пассажирского движения, запланированному на 2024 год.

Проект обещает быть дорогостоящим. ТМХ оценил затраты на разработку водородного поезда более чем в 1 млрд руб. В конце 2020 года ТМХ сообщал, что ведет разработку как самого поезда, так и силовой установки на водородных топливных элементах, к ее созданию привлечены отечественные и зарубежные партнеры компании. Siemens, являющийся партнером другого российского машиностроителя — «Синара — Транспортные машины», уже предложил ОАО РЖД свое технологическое участие и наработки, рассказывал в сентябре в интервью ТАСС президент Siemens в России Александр Либеров.

Тем не менее перевод поездов на водород связан с рядом нерешенных проблем. В октябре прошлого года технический директор ТМХ Михаил Рожков говорил, что принципиально важно освоить две ключевые технологии. Это снижение веса криогенных баков, «чтобы эффективность, которую мы получаем по сравнению с дизельным топливом, не терять за счет достаточно тяжелых систем хранения, от которых сегодня не можем уйти». Второе — «зеленое» производство самого водорода. Михаил Рожков также говорит о единичной мощности силовой установки: пока максимально достигнутая — это 250 кВт, а для грузового движения, например, необходим 1 МВт. Также стоит проблема нелокализованности мембраны.

Над энергоустановками с ОАО РЖД работает «Инэнерджи», партнер «Роснано». Как уточнял в августе главный конструктор «Инэнерджи» Андрей Голодницкий, компании сотрудничают по семи проектам энергоустановок на водороде — для различных типов локомотивов и даже пассажирских вагонов — «и самым масштабным, не имеющим аналогов в мире, станет магистральный локомотив для БАМа».

Но железнодорожный транспорт не единственный логистический сегмент, который планируется сделать водородным. В планах сахалинских властей — запуск автотранспорта на этом виде топлива.

«Мы сейчас сотрудничаем с КамАЗом, с ГАЗом, которые прислали свои планы по автомобильным платформам, грузовикам и автобусам,— сказал господин Лимаренко,— то есть они будут работать на электричестве, а генерация будет идти на водородных топливных элементах».

Оба автопроизводителя уже представили образцы своей водородной техники. На Comtrans-2021 КамАЗ показал опытный образец электробуса на водородных топливных элементах, которые он планирует испытать в 2022–2023 годах, и прототип грузовика с полностью водородным двигателем, который будет разрабатываться в сотрудничестве с франко-швейцарской GreenGT. А ГАЗ продемонстрировал две разработанные им модели электробуса на водородных топливных элементах. Глава Минпромторга Денис Мантуров сообщил, что серийный выпуск в России коммерческих транспортных средств на водородном топливе ожидается уже в 2023 году.

«Русатом Оверсиз», КамАЗ, Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики (КрДВ) и Корпорация развития Сахалинской области уже подписали меморандум о взаимопонимании, согласно которому стороны рассмотрят возможность совместного участия в проекте водородного парка и организации транспорта на водородных топливных элементах. Глава КрДВ Игорь Носов пообещал участникам господдержку, напомнив, что в регионе действуют несколько преференциальных режимов: две территории опережающего развития на острове и режим свободного порта Владивосток.

«Получив статус резидента одного из них, инвестор сможет рассчитывать на налоговые льготы и административные преференции, в том числе инфраструктурную поддержку»,— отметил он.

(По материалам газеты «КоммерсантЪ»)