экономика Дальнего Востока

Поиск
Журнал "Развитие региона"
 

Республика Бурятия — самобытный регион с богатой культурой, удивительной природой и экономическим потенциалом — в следующем году отметит свое столетие. К этой дате власти республики подходят с амбициозными планами по развитию сельского хозяйства и промышленности. В условиях пандемии коронавируса Бурятия и главная ее жемчужина — озеро Байкал — стали одним из наиболее популярных направлений для отдыха внутри России. О том, как самый западный из дальневосточных регионов готовится к своему столетию, какие цели ставит перед собой его руководство и как сохранить природу Байкала, увеличив число туристов, в интервью ТАСС рассказал глава Бурятии Алексей Цыденов.

Столетие в Москве и в Бурятии

— Алексей Самбуевич, в 2023 году Республика Бурятия отмечает столетие. Утвержден ли уже план мероприятий, какие из них станут ключевыми и сколько средств регион получит на подготовку и празднование?

— Это действительно значимое событие. И уже вышел указ президента России о праздновании столетия республики, утверждена правительственная программа мероприятий, сформирован оргкомитет, который возглавил вице-премьер Марат Шакирзянович Хуснуллин, и мы благодарны ему за это.

Мы не только готовимся к предстоящему столетию, но уже проводим мероприятия, которые повышают узнаваемость региона и популяризируют историю Бурятии, рассказывают о перспективах республики. Например, проходят гастроли наших театров и творческих коллективов, в Улан-Удэ с успехом прошла выездная выставка Эрмитажа, приуроченная к столетию республики, открылась выставка Государственного исторического музея. Но речь идет не только о культурно-просветительских мероприятиях, но и о ремонте знаковых учреждений — Бурятского театра оперы и балета, Русского драматического театра, Бурятского драматического театра, Этнографического музея. И эти работы уже идут, в общей сложности из федерального бюджета региону выделено 290 млн рублей.

Праздничные мероприятия планируем провести и в Москве — в Кремлевском дворце, в Большом театре. В 2020 году мы проводили двухдневный концерт и выставку в Кремле, их посетили 11 тыс. человек.

— Все крупные города — и Улан-Удэ не исключение — стремятся к тому, чтобы провести на своей территории больше международных соревнований, потому что в первую очередь это позволяет развивать инфраструктуру. Есть ли планы проведения таких соревнований в столице региона?

— Да, мы прилагаем усилия, чтобы проводить крупные мероприятия в Улан-Удэ. В 2019 году мы организовали чемпионат мира по женскому боксу, причем столица республики стала первым городом в российской и советской истории к востоку от Урала, который принял турнир такого уровня. И в итоге Международная ассоциация бокса признала, что наш чемпионат был лучшим за всю историю проведения этих соревнований. А в этом году мы проведем чемпионат Европы по женскому боксу, причем впервые чемпионат Европы пройдет в Азии. В ближайшее время в Улан-Удэ пройдет чемпионат России по тайскому боксу.

Мы это делаем не столько для строительства новых объектов, сколько ради популяризации спорта, за счет которой молодежь активнее приобщается к здоровому образу жизни. Кроме того, это нужно для повышения узнаваемости региона: к нам приезжают из разных регионов и стран, узнают о туристическом потенциале Бурятии. А это привлекает не только туристов, но и инвесторов.

Итоги пятилетки

— В феврале исполнится пять лет с начала вашей работы в должности главы региона. Какие ключевые достижения, итоги вы бы выделили? Какие проблемы, актуальные для Бурятии, еще предстоит решить?

— Что-то удалось сделать, что-то еще в процессе. Первое — мы значительно продвинулись в ремонте и строительстве дорог как в Улан-Удэ, так и в районах республики.

Второе — удалось существенно облегчить вопрос нехватки мест в детских садах. В 2018 году у нас эта проблема была очень острой, были очереди, доходило до того, что молодые мамы устраивали забастовки. Но за прошедшее время мы построили много детских садов и стали субсидировать частные садики, в которые ходят около 5 тыс. малышей. Благодаря субсидии родительская плата в этих детских садах не превышает плату в муниципальных. То есть все, что сверху, мы закрываем из бюджета. Таким образом, мы смогли за последние пять лет сократить очередь в дошкольные учреждения в пять раз. При поддержке президента в рамках нацпроектов построено 19 новых садиков.

За этот же период мы построили 18 школ и набрали такой темп, что в планах на строительство до 2024 года еще 17 школ. Это позволит решить вопрос третьей смены и повысить качество образования.

Благодаря нацпроекту и единой дальневосточной субсидии мы обновили наше здравоохранение — во все центральные районные больницы закупили новые цифровые рентген-аппараты, приобрели флюорографы, маммографы, УЗИ-аппараты, построили 23 фельдшерско-акушерских пункта. По программе президента начался ремонт районных больниц.

— Объем средств, вкладываемых в переоснащение учреждений среднеспециального образования, увеличен. А растет ли популярность рабочих профессий среди выпускников школ?

— Ежегодно около 7 тыс. выпускников школ поступают в училища и техникумы региона, и на протяжении последних двух лет эта цифра растет. В прошлом году 480 девятиклассникам пришлось пойти в десятый класс, так как им не хватило мест в среднеспециальных учреждениях. Потому что, несмотря на успешное обновление материально-технической базы, острым остается вопрос обветшания зданий учреждений среднего профессионального образования, а также в целом нехватка учебных площадей и общежитий. Сегодня из 31 среднеспециального учебного заведения каждое третье — 1960-х годов постройки, и есть здания, построенные еще в 1940-х. На строительство новых учебных корпусов и кампусов для системы среднего профессионального образования нам необходимо 1,8 млрд рублей и 992 млн рублей — на капитальный ремонт 20 учреждений.

— Пандемия коронавируса выявила нехватку медицинских кадров во многих регионах. Как с этим обстоят дела в Бурятии?

— Дефицит медицинских кадров, конечно, есть. Он был и до пандемии, но сейчас чувствуется острее. Для нормативного штатного содержания нам не хватало примерно 500 врачей. Чтобы решить эту проблему, мы, во-первых, приняли программу «Сто домов для врачей», которая помогает медикам с жилищным вопросом: когда врач берет в ипотеку жилье, мы ее полностью субсидируем из республиканского бюджета. Уже 27 медиков получили ипотечный кредит и приобрели жилье, еще 63 человека получили одобрение и занимаются подбором жилья.

Еще в этом году мы начнем предоставлять стипендии студентам-целевикам за счет регионального бюджета.

Республика участвует в федеральных программах «Земский доктор» и «Земский фельдшер», а в малых городах, на которые эти программы не распространяются, ввели региональные выплаты, чтобы стимулировать приток кадров. Это не быстрый процесс, потому что студентам еще нужно выучиться, но мы идем на эти шаги, чтобы в долгосрочной перспективе решить кадровую проблему.

— Глава Минвостокразвития Алексей Чекунков сообщил, что с апреля «Дальневосточная ипотека» будет распространена на врачей и учителей без ограничений по возрасту. Эта мера поможет справиться с их дефицитом?

— Конечно, это важное дополнение к существующей программе. Эта мера полностью не решит проблему, но стимулирует, например, тех, у кого есть соответствующее образование, но кто не работает по специальности. Особенно это касается учителей, дефицит которых мы тоже испытываем.

На сегодня реальная потребность в педагогических работниках в школах составляет 376 учителей. По городу Улан-Удэ — 177 вакансий, в районах республики — 199 вакансий. Наиболее острый дефицит педагогических кадров наблюдается по таким предметам, как английский язык, а также начальные классы, математика, русский язык и литература.

Рекордный урожай

— Как обстоят дела с ключевыми для экономики Бурятии отраслями — сельским хозяйством, промышленностью, туризмом?

— Мы неплохо вложились в сельское хозяйство. Финансирование этой отрасли идет и по федеральным программам, и в еще большем объеме из регионального бюджета. Так, только в прошлом году из федерального бюджета направлено 494 млн рублей, а из республиканского — 443 млн рублей. А в этом году только в рамках программы комплексного развития сельских территорий нам направляют 660 млн рублей. В прошедшие годы закупалась новая техника — мощные тракторы, высокопроизводительные комбайны, посевные комплексы. И это дало результат — 2021 год стал рекордным по урожайности.

Говоря о добывающей промышленности, я бы отметил такие крупные инвестиционные проекты, как начало строительства Озерного горно-обогатительного комбината, где ежегодно будет производиться до 597 тыс. тонн цинкового и до 82 тыс. тонн свинцового концентрата. В этот проект уже вложено 29 млрд рублей, и запуск предприятия намечен на 2023 год. Он позволит создать более 2 тыс. рабочих мест.

Заработал Эгитинский ГОК, начались добыча плавикового шпата и производство флюоритового концентрата. Это дает налоги, рабочие места, доходы местным жителям. Этим проектам не один год, но наконец удалось перейти от подготовки к конкретной работе.

Большое значение мы уделяем и развитию туризма — созданию инфраструктуры, повышению привлекательности Бурятии как места для отдыха и путешествий. Создано отдельное министерство по туризму, задача которого — создать цивилизованный туристический продукт, то есть качественную и доступную среду для людей при минимальной нагрузке на экологию. И нам удалось создать условия, которые привлекли инвесторов, и они уже начинают строить в республике гостиницы и другие объекты.

— За прошедшие пять лет вашей работы на посту главы Бурятии собственные доходы республики возросли, но бюджет региона все же остается дотационным. Когда, по вашей оценке, регион сможет выйти на бездотационный уровень?

— Полностью на бездотационный режим мы в ближайшей перспективе не выйдем. В республике достаточно суровые условия, что накладывает отпечаток. Республика большая по территории, но плотность населения низкая, огромные расстояния. Все это требует больших вложений в социальную сферу: например, мы не можем закрыть больницу или сократить количество ее сотрудников, потому что до ближайшего медучреждения 200 км. То же самое со школами и детскими садами в сельской местности: их дорого содержать, они могут быть не укомплектованы, но мы не станем от них отказываться, потому что в нашем климате и с нашими просторами альтернативы нет.

При этом собственные доходы бюджета действительно растут. В 2021 году к уровню 2017-го они выросли на 60% — до 46,3 млрд рублей. Даже в прошлом году к 2020-му приросли на 7 млрд рублей. Мы намерены и дальше повышать собственные доходы, но понимаем, что для развития, для решения социальных проблем нам нужна федеральная поддержка.

— Одна из мер федеральной поддержки — создание территорий опережающего развития (ТОР). Насколько эффективно работает ТОР «Бурятия», с какими компаниями ведутся переговоры, чего вы ждете от этой территории в 2022 году?

— У нас ТОР созданы — есть ТОР «Северобайкальск» в одноименном моногороде и региональная ТОР «Бурятия». Территории работают, эффективность там разная: некоторые проекты уже реализуются, некоторые зависли из-за того, что создание этих территорий у нас совпало с началом пандемии, а инвестпроекты ориентированы на международную торговлю и по понятным причинам приостановлены.

Но в целом это очень эффективный механизм. В рамках ТОР мы построили Центр ядерной медицины, его открытие планируется в 2022 году. Реализуется крупный проект по созданию восточносибирского свинокомплекса, другие крупные проекты.

Говоря о территориях опережающего развития, отмечу еще одно важнейшее событие, случившееся за прошедшие пять лет: включение Бурятии в Дальневосточный федеральный округ. Благодаря этому решению президента мы получили совсем другие ресурсы, новые возможности и механизмы. Например, субсидирование создания инфраструктуры для ключевых инвестиционных проектов. Этот механизм позволил приступить к строительству Озерного ГОКа, поскольку была предусмотрена бюджетная поддержка 7,7 млрд рублей для прокладки линии электропередачи. Когда такая государственная поддержка появилась, проект заработал. А он предполагает 80 млрд рублей частных инвестиций, то есть соотношение получается один к десяти.

У нас появился единственный в России лукодром — зал для занятий стрельбой из лука, что позволило нам на должном уровне подготовить олимпийцев, и наши спортсмены получили медали на Олимпиаде в Токио.

— Какие крупные инфраструктурные проекты планируете реализовать в Бурятии уже в этом году?

— Прежде всего, это строительство третьего моста в Улан-Удэ, который соединит два берега реки Уды, пройдет под Транссибом и существенно улучшит транспортную ситуацию в городе. Реализация этого проекта идет по поручению президента. В этом году мы начинаем его строить — средства на это предусмотрены. Еще один важный проект, к которому мы приступим, — строительство очистных сооружений в Улан-Удэ стоимостью 13 млрд рублей.

Мы продолжим строить и ремонтировать автодороги, развивать жилищное строительство и модернизировать тепловые сети.

Сберечь Байкал

— Вы упомянули строительство очистных сооружений в Улан-Удэ. Где еще планируется построить очистные, важность которых в связи с близостью озера Байкал неоспорима?

— Помимо столицы региона мы начинаем строительство очистных в Северобайкальске — втором по численности городе Бурятии, который расположен на берегу Байкала. В прошлом году мы запустили очистные в селе Выдрино, которое находится у места впадения реки Снежной в Байкал. По остальным проектам готовится документация.

— Экологическую ситуацию на Байкале осложняют и несанкционированные свалки. Для их ликвидации, если не ошибаюсь, нужно 7,4 млрд рублей.

— В эту сумму включена не только ликвидация свалок, в нее также входит строительство новых мусорных полигонов и сортировочных станций. В общей сложности ежегодно в республике производится свыше 320 тыс. т ТКО, а существующая инфраструктура в области обращения с твердыми коммунальными отходами представлена только четырьмя полигонами на всей территории Бурятии и одной мусоросортировочной станцией.

— Как при увеличении турпотока на Байкал, связанного в том числе со строительством там новых гостиниц, сохранить экологию глубочайшего озера на планете?

— Если учитывать всех, кто приезжает отдыхать на Байкал, то это ежегодно 1 млн человек. И конечно, это нагрузка. Но она существенно возрастает, когда человек едет на озеро, что называется, дикарем — паркует машину в кустах, жжет костры, сваливает мусор прямо на берегу. Нам нельзя закрывать Байкал от людей, наоборот, нужно повышать его доступность, но отдых на озере должен проходить в щадящем для природы режиме. Для этого нужно оборудовать цивилизованные места отдыха с очистными сооружениями, системами сбора отходов и мусора. Тогда и людям будет комфортнее отдыхать, и Байкал останется чистым.

Для этого мы и работаем с крупными инвесторами, которые уже строят на Байкале отели разного уровня. Эту работу подстегнули и запущенные с 2020 года внутренние чартеры в Бурятию, за которые я хотел бы сказать спасибо Ростуризму. Эти чартерные рейсы оказались очень востребованы: спрос на них выше, чем возможность размещения отдыхающих, но мы над этим работаем.

— Еще в 2007 году в Прибайкальском районе Бурятии была создана особая экономическая зона (ОЭЗ) туристско-рекреационного типа «Байкальская гавань». Есть ли планы по расширению ее площади?

— Мы над этим работаем, принципиальное согласие есть, но остались юридические вопросы, связанные с внесением изменений в законодательство, которые бы позволили нам поменять границы ОЭЗ. Мы не стремимся ее расширять, но хотим менее востребованные участки в районе горы Бычьей исключить из ОЭЗ, но включить в нее гору Мамай. Нагрузка на центральную экономическую зону Байкала от этого не изменится. Есть уже соответствующие поручения [вице-премьера — полпреда президента РФ в Дальневосточном федеральном округе] Юрия Петровича Трутнева, есть принципиальное понимание, как и куда двигаться. Надеюсь, в этом году мы сможем этот вопрос решить.

— Еще одна экологическая проблема Бурятии — загрязнение воздуха. Особенно в Улан-Удэ. Ее решение часто связывают с возможной газификацией региона. В конце января «Газпром» подписал с правительством Монголии протокол о завершении технико-экономического обоснования (ТЭО) строительства газопровода «Союз Восток». Газопровод пройдет по территории Монголии и станет продолжением российского газопровода «Сила Сибири — 2». Ожидается, что он может начать работу в 2027–2028 годах. Можно ли рассчитывать, что при прокладке газопровода будет газифицирована Бурятия?

— Здесь многое будет зависеть от конкретного маршрута прохождения газопровода. Если его проведут вдоль границы, то Улан-Удэ останется в стороне. Чтобы газопровод протянули с учетом Улан-Удэ, нужно достаточное количество потребителей. И речь не столько о частном секторе, жители которого вряд ли будут подключаться к сетевой трубе. То есть мы понимаем, что само появление газопровода на границе с Монголией дает предпосылки для газификации, но с учетом складывающейся ситуации более реалистично использование сжиженного газа на малых котельных. Но здесь вопрос в стоимости газа. Мы поднимали его во время Дней Республики Бурятия в Совете Федерации, обсуждали его и надеемся на дальнейшее рассмотрение этой темы.

Кроме того, по нашим расчетам, резервы существующей тепловой мощности в Улан-Удэ будут исчерпаны уже к 2026 году, подключение новых потребителей станет невозможным и начнется дополнительная «котельнизация» города или полная остановка промышленно-гражданского строительства, включая социальные объекты. Решение вопроса загрязнения воздуха напрямую связано с переводом частных домовладений Улан-Удэ на электроотопление или использование сжиженного углеводородного газа. Для этого необходима реконструкция электросетевого хозяйства и строительство нового центра электропитания. Предварительная стоимость работ составляет 5,1 млрд рублей.

(По материалам ТАСС)